#mart

Повесть о Гэндзи - Сикибу Мурасаки
(8/10)

Возьмут какого-нибудь типа, напустят вокруг слюней, и потом получается то, что называют "изящным парадоксом" или "противоречивой фигурой". А он — тип типом. Тот же Гэндзи.
А. и Б. Стругацкие, Стажеры

Я взялась читать эту книжку именно из-за упоминания Стругацкими. И, прочитав, согласна с цитатой знаменитого вакуум-сварщика - никакой Гэндзи не "тонкий и насмешливый грешник", а тип типом. Неприятный тип.

Длиннейший любовный роман, написанный придворной дамой в начале 11 века в Японии, чуть ли не положивший начало всей японской прозе и оказавший определяющее влияние на японскую культуру. Книге тысяча лет, но читать ее легко и просто, чего не скажешь о европейской литературе того времени - автор в самом деле гениальна, создала шедевр на ровном месте.

Но с точки зрения описываемых людей, нравов и событий это просто максимально инопланетная книга. Читая ее, часто просто не можешь поверить своим глазам - он это в самом деле сказал? она это действительно сделала? ребятки, вы что, долбанулись там все? Японская аристократия 11 века выглядит как сборище тихо- и буйнопомешанных, причем все как один помешаны на ЛЮБВИ. И не любви в нашем понимании - в русском языке подходящего слова нет, потому что нет соответствующего явления. Это не то что ты познакомился с девушкой, и хочешь от нее детей и умереть в один день - это ты услышал, что в каком-то семействе есть некая девушка, возможно, красивая, вероятно, умная и "с чувствительным сердцем", и начинаешь писать стихи, страдать, мечтать, ревновать, делать глупости и в конце концов рушишь ее жизнь и опционально свою, ни разу не то что с ней не поговорив - не видя ее!

Собственно, я уже описала сюжет - других событий в книге нет, это цепь любовных приключений сначала Гэндзи (императорского сына, но не наследника престола, а "простого подданного"), а затем его потомков - в процессе они делают несчастными целую кучу женщин, ну и сами не отстают, рыдают, худеют, хиреют, плодят незаконных детей, бесконечно врут и не краснеют. Ни один персонаж книги не был замечен за чем-нибудь полезным, это явно не в обычаях императорского двора, при этом все страшно заняты государственными делами - то наряды к празднику заказывают, то танцоров подбирают, в промежутках пишут стихи, ни секунды покоя.

Даже не знаю, кому бы я посоветовала это читать - наверно, тем, кому интересны другие культуры (эта - максимально чуждая), ну и тем, кто хочет погореть от бесконечной несправедливости этой культуры к женщинам, даже и высших классов (про отношение к низшим классам в целом я лучше помолчу, "ничтожные бедняки" - это самый нейтральный эпитет). Напоследок приведу цитату, иллюстрирующую славную традицию газлайтинга:
"Не сумев справиться с волнением, Гэндзи украдкой пробрался за полог и потянул Государыню за подол. Уловив аромат, в происхождении которого можно было не сомневаться, она отшатнулась в ужасе и смятении и ничком упала на ложе. «Ну хоть один взгляд!» - обиженно молил Гэндзи, притягивая ее к себе. Выскользнув из верхнего платья, Государыня попыталась скрыться, однако волосы ее неожиданно оказались зажатыми в руке Гэндзи вместе с платьем, и, сокрушенная мыслью о неотвратимости судьбы, она поникла бессильно. Гэндзи, потеряв голову от страсти, которую таил в душе своей все эти долгие годы, рыдал, осыпал ее упреками, но, содрогаясь от ужаса и возмущения, она даже не отвечала ему.
- Право, я совсем больна. Может быть, мы поговорим как-нибудь в другой раз? - просила она, но, не слушая, Гэндзи продолжал уверять ее в своей беспредельной любви. И как ни тяготило Государыню его присутствие, кое-что из сказанного им, несомненно, нашло отклик в ее сердце.
Государыня явно не желала обременять свою душу новыми прегрешениями: речи ее были ласковы и вместе с тем не оставляли Гэндзи ни малейшей надежды. Но скоро и эта ночь подошла к концу. Противиться воле Государыни Гэндзи не решался, тем более что достоинство, с которым она держалась, внушало ему невольное уважение. В конце концов, пытаясь хоть как-то смягчить ее сердце, он взмолился:
- Прошу вас, не отвергайте меня совсем, даже такие встречи будут для меня утешением. Поверьте, я никогда не сделаю ничего, что могло бы оскорбить вас."

#художественное